Анатолий Дрок доказал свою невиновность в суде

На днях дело о «крышевании» властными структурами нелегального игрового бизнеса в Подмосковье пополнилось новыми событиями. Прокурор города Озеры Анатолий Дрок, который обвинялся в неоднократном получении взяток за покровительство казино, был оправдан Басманным районным судом. Таким образом, пробыв в роли обвиняемого почти три года, прокурор наконец-то доказал свою невиновность, хотя и ценой немалых сил и средств.
Как сообщает адвокат Дрока Сергей Старовойтов, решение Басманного суда окончательное и обжалованию со стороны СКР не подлежит, так как СКР в этом случае не является процессуальной стороной, а Генпрокуратура в этом вопросе твердо стоит на стороне несчастного прокурора. Таким образом, с 7 апреля решение суда вступает в силу, полностью освобождая Дрока от обвинений в содействии подпольному бизнесу и получении взяток.
И хотя дело на него длилось очень долго, Анатолий Дрок еще не решил, будет ли подавать в суд на получение компенсации за нанесенный ему моральный ущерб. Как говорит прокурор, стоило бы подать, но с другой стороны, он прекрасно понимает, что выплачивать компенсацию будут не те, кто незаконно обвинили его в должностном преступлении, а государство.
Для тех, кто не в курсе или уже успел забыть об этой истории, стоит напомнить, что все началось в начале 2011 года. Тогда прокурора города Озерска обвинили в том, что он прикрывал работу местного казино, сообщал о внезапных проверках и получил, как минимум, пять крупных взяток от владельцев казино. Более того, обвинение утверждало, что Дрок входил в группировку, состоящую из прокуроров и правоохранителей области, которые «крышевали» подпольный игорный бизнес в Подмосковье. Руководил всем зампрокурора Московской области Александр Игнатенко, а в деле были замешаны десятки человек, имевших отношение к властным структурам.
Следствие и отношение Дрока даже указывало конкретные цифры взятого. Якобы с апреля 2010 года по февраль 2011, он получил пять крупных взяток суммарным размером 3,77 млн. руб. Однако сумма эта ничем не была подтверждена, а просто была названа неким г-ном Мамыевым, являвшимся организатором подпольного бизнеса. Оказавшись под арестом, он не только сразу сообщил о крупных взятках, которые давал прокурору Дроку, но и написал заявление, что опасается мести с его стороны. На основании заявления было принято решение о заключении подозреваемого Дрока под стражу.
Но фортуна и Генпрокуратура всегда были на стороне Дрока, и Басманный суд отклонил просьбу о заключении под стражу. Более того, он не только не потерял своей должности, а и за то время, пока длилось следствие и судебное дело, еще и был повышен в звании. Кстати, он - единственный со всей группы обвиняемых остался на свободе – остальным повезло гораздо меньше – пришлось отсидеть не меньше года.
Сам Дрок совсем иначе рассказывает о том, что происходило в Озерске. По его словам в городе было лишь три небольших игорных зала, самый крупный из которых имел 26 игровых автоматов и располагался в гостинице «Озера». После того, как был принят закон о запрещении игорного бизнеса, все три точки, естественно, закрылись. Но хозяин зала в гостинице затеял серию судебных тяжб с властями, а потом снова открыл свой зал, но уже в виде лотерейного клуба. В нем использовались все те же игровые автоматы, но без приемников денег, а оплата велась находящемуся в этом же помещению кассиру. Таким образом, клуб действительно подпадал под все параметры лотереи, а его владелец имел официальную лицензию на такой род деятельности. Однако за клубом все время присматривали, за мелкие нарушения дважды конфисковывали автоматы и даже оштрафовали владельца на миллион рублей, что, собственно, и вызвало оговор со стороны Мамыева.
Дрок утверждает, что неоднократно во всех подробностях излагал события, происходившие в то время в Озерах. Но собственную непричастность к этому делу прокурору удалось доказать только через суд. Таким же образом, но несколько раньше уже доказали свою невиновность два офицера Куликов и Тамиргалиев. Правда, в отличие от Дрока, им пришлось просидеть в СИЗО по полтора года.